Мой прекрасный Ереван

Я снова в Ереване. На этот раз радостное событие. Приглашен на свадьбу друга. Я решил остаться еще на 2 дня и насладиться городом.
My-lovely-Yerevan-article-diasporarm-hovel-chenorhokian-armenia

Я снова в Ереване. На этот раз радостное событие. Приглашен на свадьбу друга. Я решил остаться еще на 2 дня и насладиться городом.

Прилетаю в 5 часов утра. Ах, европейские авиакомпании предоставляют нашим бедным пассажирам утренние рейсы. В течение дня, европейские самолеты летают в страны другого уровня. Моя комната не готова, поэтому я стучу в квартиру Забеллы. Квартира, в нескольких киллометрах от центра города. Здесь настоящий Ереван. У входа в здание неприятный запах. В нормальных районах Еревана мусор собирают раз в неделю. Ничего. Я чувствую себя хорошо, это-Армения, она наша. С 7-ого этажа жилого красивого дома, построенного в процветающие советские времена, простирается весь Ереван. Окно спальни смотрит прямо на Американский Университет, неподалеку находится Каскад, еще дальше - Арарат. Какой восторг! Ясное, синее утреннее небо, сухой воздух, крики петухов на рассвете в старых дворах ереванских домов, в непосредственной близости от нашего жилого дома, напоминают мне о Шторане.

Я прохожу мимо ресторанаНаш районна улице Туманяна. Там Артур из Парижа, из Общества армянских врачей во ФранцииСидит с другом, обедает. ″Дано, давай, садись''. Сажусь. Лахмаджо, суберек, ишли кюфта, тан. Какое блаженство! Артур приехал для подборки и установки мебели в новой стоматологической клинике Спитака. Все должным образом, с европейской точностью. Уже месяц, как оставив работу, дом, семью и новорожденного внука, он приехал сюда. Рассказывает о своих многочисленных миссиях на родине, и что все начал в год землетрясения. Как он рад, что находится здесь и всему, что сделал. Как патриотичен этот армянин второго поколения, этот “полуармянин” по мнению армян Бейрута и так называемый из-за плохого владения языка. Он сделал намного больше, чем я.

Спускаюсь по улице Абовян к площади Республики. Это Сако идет мне навстречу? Он, или не он? Нет, не он. А как эта похожа на Шаге. Около входа в "Марриот" одна дама разговаривает по телефону. "Посмотри, дорогая, я сейчас в Ереване". Она точно из Бейрута. Ощущаю странное, очень приятное чувсво родства. Кажется, что вся улица, весь город и вся вселенная - наше. Везде мы чувствуем себя как дома. Неожиданно выходит из здания Ваге."Тано, я очень рад видеть тебя, читаю твои статьи. Очень хорошо, что ты пишешь, но диаспора обречена. Если ты хочешь сделать что-то, приезжай и обоснуйся здесь". На прошлой неделе, когда я с братом и его дочерью пил кофе в Париже в Кафе де-ла-Пеон сказал: "Разные национальности супругов моих кузин удивляет: Новый зеландец, японец, китаец, ливанец, еврей, француз, швед, американец. Из восьми ни одного соотечественника". Как это интересно!
Ваге՜ ...

У меня встреча за завтраком в “Мариотте”. Мой кузен, Ован, из интеллигентной семьи, он внук Ованнеса Симоняна из Сасуна. Едва мы вошли в небольшой салон представительского лаунджа, и еще не успели сесть за стол, как слева один молодой парень бросился мне на шею. "Меня помнишь? Я Вардгес, сын Златоуста, В Бейруте мы были соседями. Ничего, если не помнишь. Мне было тогда 8 лет, а тебе почти 18, ты уже водил машину”. Конечно помню г-на Златоуста, г-жу Шаке, их старшую дочь, Лалику, которую наверное так назвали, потому что она родилась 24-ого апреля. Вардгес продолжает рассказывать, как сильно он был поражен моими подвигами. Рассказывает, как я был красив тогда. Дама, сидящая за столом слева, читающая сообщения на iPad-е, улыбаясь вмешалась: "И теперь нет недостатков." "Простите, мадам, откуда Вы?"- спрашиваю я. Оказалось, что Шогер из Австралии, а до этого жила в Бейруте. Она подруга Риты, дочери моего дяди, училась в “Высшем колледже'' города Прежде всего она дочь прославленного поэта Ваге Вагянаиз Гярона, который один год преподавал нам армянский язык. Как тесен мир! Люди с соседних столов присоединились к разговору. Наш ''Мариотт'' уникальное явление по сравнению с другими ''Мариоттами'' мира. Но здесь, в Ереване, атмосфера всегда так уникальна. Дорогая Армения моя.

Уже 15 минут на ногах. Запах кофе пленит. От голода становится плохо… Наконец беру хлеб, сыр, помидоры, оливки. С ними чай пить лучше. Я беру чай и чищу яица. -С чем Вы предпочли бы яйцо? С луком, с грибами или с азатгехом? -Азатгех что такое? -Это растение,-вмешивается Ован. Я не соглашаюсь с Ованом, говорю, что растение-понятие общее. Ован мне объясняет, что для слова ‘’азатгех’’ здесь специального термина нет, люди употребляют русскую “петрушку”. Во время моего последнего визита в Армению я почти поссорился с одним здешним армянином. Он не понимал, что значит "степхин" (морковка). Это еще ничего, он еще и утверждал, что “газар” (морковка) слово армянское. Пошли, открыли словарь. В их словаре действительно было написано “газар”.
Было о чем поговарить с Ованом, но не успели и отложили. В разговоре он успел упомянуть, что скорость опустошения страны вызывает головокружение. В прошлое лето я останавился в гостинице месяц. На этот раз, приехав, о ком не спрашивал из старых работников, получал тот же ответ: “Он за граниецей”. О жительях районов и не спрашиваю, они в Москве асфальт кладут. Это были порядочные, вежливые парни: и языки знали и у них работа была. Безопасность страны действительно под угрозой. Не дай бог, если завтра будет война, некому будет брать в руки оружие.
Внезапно позвонил Армен. - Узнал, что ты здесь, давай встретимся. - Не могу, это мой последний день. Рассказывает, что дела очень плохи: "У людей нет денег. Месячный доход магазина не хватает на выплату за аренду и зарплату. Сейчас уже хорошо, есть много туристов. Даже если и не пойдут в Далма моллвсе равно деньги тратят, и у здешних людей появляются деньги. Как мы перезимуем? И перезимуем ли? Не знаю. Сейчас я должен закрыть один из двух магазинов. Двоих из пятерых работников должен уволить. Так больше не могу".

Послание армянским князьям

Как только я вышел из “Мариотта”, неожиданно увидел Арена. У Арена завод ювелирных изделий в Константинополе, со 100 рабочими местами. Они изготовляют серебряные изделия. Арен учавствует на выставках Гонг Конга, Дубая, Лас-Вегаса и других выставках мира. Я его спросил о новой работе, сколько у него работников, как идут дела. “ Очень хорошо”, – ответил он и продолжил: “То, чему таджики учатся в течение года, здесь усваивают за три месяца. У меня были трудности здесь. Я ввез несколько килограммов серебра из Франции, но таможня задержала товар на три месяца, и мне не дали его растаможить. Я хочу все делать законно. Лучше заплатить тысячу налогов, чем дать сто взяток. Я три месяца сидел без дела, но платил зарплату девушкам. Без проблем, заплачу, но я хотел бы быстрей идти вперед”. От себя Эфирим добавил: “Слушай, Дано, мы сюда приехали не за деньгами, а помочь. Все изменится, подождем”. А изменится, ли? Несомненно. Если идти по правильному пути. Да, они подождут. Одни оставили и уехали, а эти подождут. К сведению наших западных айатоллах, которые по каким-то причинам марают армян оставшихся в Турции, самые патриотичные - это армяне из Константинополя. Они были так подавлены десятилетиями, что Армения для них, словно вода для умирающего от жажды. В колонии, насчитывающей 50 000 человек, есть 16 армянских школ, минимальная затрата которых, составляет минимум 1 миллион долларов. И они не только сами заботятся о своих школах, не обращаясь ни к кому за помощью, но и при необходимости, оказывают помощь другим колониям.

“Человек некий схождаше от Иерусалима во иерихон…”

Я выхожу из ''Мариотта'' и иду не смотря на прохожих. Даже если мать повстречается, не увижу. Я в одном месте, а мысли в другом. Направляюсь к Северному проспектуНет, это не Ереван, это Диснейленд. Emporio Armani, Hermes, Gucci. Ой, из узкой дороги я попал на широкуюДорога, которая ведет к потериПрохожу мимо магазина г-на министра

На витринах магазина представлены самые дорогие часы мира: А. Lange & Sonne, Breguet, Glasshutte, Jaquet Droz. Не слышали этих имен? Естественно. Я же вам сказал, что это не Армения, и не один из новых районов Парижа, Нью-Йорка, Лос-Анджелеса. Это Диснейленд. Цены часов 150 000, 200 000, 250 000 тысяч... Не драмы, а доллары…

У меня встреча в кафе около Лебединого озера с одним из организаторов Карабахского движения, с Арамом. В первые годы правления Тер-Петросяна, он был министром. Но вскоре, увидев, какой оборот принимают события, он ушел в отставку. Это наша первая встреча. Арам - патриот. Он мудрый и самоотверженный, как и многие члены Карабахского движения, как вообще мыслители и ученые. Он мне объяснил: ”Тано, Ваши мысли очень умны, но Вы должны писать нашим соотечественникам. Здесь у людей нет политической зрелости. Для них в порядке вещей, что законодательная власть еще и исполнительный орган. Нормально, что г-н министр не позволил открыть другой магазин часов на Северном проспекте”. Арам объясняет, что во время выборов, весь народ избирает того, кто заплатит ему 10-20 долларов.

Я разочарован. Подходим к гибели - к Содому и Гомору. С юношеских лет и до сих пор, мы – армяне диаспоры, в наших мыслях прославляли свой народ, который пил чистую воду и дышал воздухом родины. Мы там видели только Амбарцумянов, Тигранов Петросянов.. I am disillusioned. We have crossed Jereicho and are getting close to Sodom and Gomorrah, to destruction.

О, армянский народ, наши предки не пожалели своей жизни за свободу, а вы за десять долларов свою душу продаете? Продавайте, делайте все, что хотите. Но родину продавать не имеете права. Проснитесь! Проснитесь! Проснитесь!

Г-н министр, что вы хотите от Арена? У вас достаточно много всего. Давайте забудем о политическом направлении, целостности и патриотизме. У вас нет совести? Вы лишаете людей работы и куска хлеба. У вас и чести нет? Вы смотрите на себя в зеркало? Вы знаете, как люди на вас смотрят?

Ростомговорит: посмотри, у нас свободная, независимая Армения. А свободна ли она? Независима ли? Помотри на своих истинных наследников.Они тёплыа не горячи и не холодны”. Изнеможенные от тепла, они смирились с реальностью. Дайте им искру, пусть проснутся, взбодрятся.

Согомон Тейлерян

Г-н Тейлерян,встаньте. Встаньте и посмотрите. Сто лет спустя, немногое изменилось. Красная резня стала белой бойней. Вместо Дер Зоралюди сегодня переселяются в Москву, в Париж, в Лос-Анджелес. А Талаат-паша одел министерские шаровары.

Екклесиаст говорит. "Вместо немого говори тызащищай его суд". Народ глух, нем и слеп, у него нет видений. Г-н Тейлирян, пожалуйста, встаньте. Я прошу вас вместо них. Посмотрите. Эти люди не понимают моего языка ...

O, армянские князья -Сюника, Васпуракана, Киликии, что находитесь в Москве, в Женеве, в Лондоне, в Бостоне, в Лос-Анджелесе и в Буэнос-Айресе. Что вы опешили? Прошу вас, действуйте. Говорите вашим языком, вашей силой. Не мешайте сну г-на Тейлиряна, не ждите, пока протестант снова начнет жаловаться, встанет и скажет пару слов на своем языке этим людям.

Прошу, присоединяйтесь. Насколько сильными бы не были, одни не справитесь. Давайте соберемся, объединимся, возьмем быка за рога, возьмем крепко, вместе ...

SHARE ON

Submit a comment

Your email address will not be published. Required fields are marked *

Ответить

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

ru_RU